Онкология СОСТОЯНИЕ РЕКОСТРУКТИВНОЙ ХИРУРГИИ МОЛОЧНОЙ ЖЕЛЕЗЫ В НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ
rus
ПОВОЛЖСКИЙ ОНКОЛОГИЧЕСКИЙ ВЕСТНИК

Научно-практический журнал для практикующих врачей и научных работников

Поиск

СОСТОЯНИЕ РЕКОСТРУКТИВНОЙ ХИРУРГИИ МОЛОЧНОЙ ЖЕЛЕЗЫ В НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ

© А.Х. Исмагилов, А.Р. Хамитов, А.С. Ванесян, 2015

УДК 616-006.66

А.Х. Исмагилов1, А.Р. Хамитов1, А.С. Ванесян2

1ГБОУ ДПО «Казанская государственная медицинская академия» МЗ РФ, г. Казань

2ГАУЗ «Республиканский клинический онкологический диспансер МЗ РТ», г. Казань

Хамитов Айрат Рустэмович — очный аспирант кафедры онкологии, радиологии и паллиативной медицины

420012, г. Казань, ул. Муштари, д. 11, тел.: +7-917-290-90-25, (843) 295-44-83, e-mail: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

 

Реферат. Проблема адекватной реконструкции молочной железы до уровня естественной или дооперационной при хирургическом лечении рака молочной железы является и в настоящее время очень актуальной. Несмотря на достигнутые высокие результаты в восстановлении контуров, формы, объема и симметричности молочной железы, единственным оставшимся элементом, выдающим проведенную операцию по поводу рака молочной железы, остается видимый послеоперационный рубец. В обзоре рассмотрены этапы развития хирургии молочной железы, переход от классической к органосохранной и онкопластической, кожесберегающей и САК-сберегающей радикальной мастэктомии.

Ключевые слова: рак молочной железы, органосохранная операция, онкопластическая операция, кожесохранная мастэктомия, сосково-ареолярный комплекс, САК-сберегающая мастэктомия, реконструкция молочной железы, осложнения, разрезы.

 

Введение

В России рак молочной железы занимает лидирующее место в структуре заболеваемости среди онкопатологии у женщин. Только в 2013 году в России было диагностировано 60 717 новых случаев рака молочной железы (РМЖ) [4], в то время как в США за 2014 год этот же показатель составил уже 232 670 человек [8].

В структуре смертности среди женского населения России от онкологических заболеваний наибольший удельный вес так же имеют злокачественные новообразования молочной железы и составляют 17,0% [4]. В свою очередь, при сравнении, в США уровень смертности от РМЖ отошел на второе место с показателем в 15%, уступая лишь злокачественным новообразованиям легких и бронхов (26%) [38], а среди стран Европы аналогичный показатель составил 14,22%, почти сравнявшись с показателем смертности от злокачественных новообразований легких и бронхов (14,24%) [34].

Республика Татарстан, не являясь исключением, имеет тенденцию к увеличению показателя заболеваемости в структуре онкопатологии женского населения, который 2013 г. составил 76,59 на 100 тыс. населения (для сравнения в 2003 году этот же показатель составлял 57,21) [4].

Учитывая распространенность заболевания среди населения не только России, но и остальных развитых стран, детальное рассмотрение уровня лечения и качества жизни женщин после него в условиях настоящего времени является актуальным.

Становление хирургии молочной железы

В условиях стремительно развивающихся направлений таргетной и химио-лучевой терапий, этап хирургического удаления опухоли является неотъемлемой частью лечения рака молочной железы [5, 3]. Благодаря повышению уровня и качества лечения РМЖ, наблюдается увеличение количества женщин, демонстрирующих высокий показатель выживаемости на отдаленных сроках, о чем свидетельствует средний возраст умерших от данного заболевания в России в 2003 и 2013 гг., составляющий 63,3 и 65,7 лет соответственно [4]. В свою очередь, это приводит к возникновению вопросов касательно качества жизни, сниженного в результате радикального хирургического лечения.

Первый этап борьбы за качество жизни пациенток после хирургического лечения произошел при переходе от операции по W. Halsted к модифицированной технике J. Madden, при которой применяется менее травматичный и инвалидизирующий подход. Следующим этапом стало определение сторожевых лимфузлов, впервые описанное и опубликованное в 1993 г. Krag и коллегами [29], где мы можем наблюдать повышение качества жизни пациенток относительно снижения частоты проявления лимфедем.

Однако удаление самой молочной железы ведет к утрате привлекательности, потере женственности и сексуальности, снижению самооценки, что подтверждено и опубликовано L. Aerts и соавторами в своем исследовании в 2014 году [6], в связи с чем в течение последних десятилетий классическая мастэктомия начала уступать органосохранному лечению рака молочной железы.

Оценивая получаемые эстетические результаты при органосохранных операциях, следует отметить проблему высокой доли деформаций молочной железы [46, 51, 40]. Учитывая интеграцию элементов пластической хирургии в процесс восстановления формы молочной железы при онкопластических техниках, при которой соблюдаются принципы онкологического радикализма, данный вид операций является решением этой проблемы [13]. Минусом такого вида операций является их ограничение применения на практике соотношением объема опухоли к объему молочной железы.

Таким образом, принимая во внимание, что всегда есть женщины с установленным раком молочной железы, которым противопоказано органосохранное лечение, а также что ни психотерапия, ни наружное протезирование не устраняют вышеуказанные проблемы, все больший интерес вызывают реконструктивно-пластические операции [1, 40].

Реконструкция молочной железы подразумевает восстановление как формы, так и контуров органа, максимально приближенных к дооперационному уровню, т.е. воссоздание молочной железы, которая воспринимается как «естественная». Параметры, определяющие ествественность молочной железы, описали в 2009 году BlondeelPh. и соавторы [12]:

1. След молочной железы (breastfootprint): основание молочной железы, проецирующееся на грудную стенку, включающее субмаммарную складку;

2. Конус молочной железы (breastconus): форма, объем и проекция молочной железы;

3. Кожный конверт молочной железы (skin envelope);

4. Взаимосвязь трех анатомических структур (след, конус, кожный конверт);

5. Сосково-ареолярный комплекс.

О естественности этих параметров говорит то, что отсутствие или изменение одного из них ведет к ухудшению окончательного эстетического результата.

В настоящее время безопасность реконструктивных операций на молочной железе с использованием собственных тканей (лоскутная реконструкция) или эндопротезов статистически доказана и не вызывает сомнений [2]. В 1971 году SnydermanR.K. и GuthrieR.H. [45] опубликовали результаты одномоментной реконструкции силиконовым имплантатом, расположенным под оставшийся после мастэктомии кожный конверт. Хотя подход быстро стал популярным и сохранял лидирующие позиции в течение последующего десятилетия, тем не менее, полученные результаты оставались далеки от идеального. Неудовлетворительный результат объяснялся широкой резекцией кожного конверта в процессе мастэктомии, в результате чего восстановленная молочная железа получалась малых размеров, что требовало уменьшения контралатеральной молочной железы для достижения симметрии [57].

Это привело к следующему шагу эволюции реконструктивной хирургии молочной железы и появлению кожесберегающих радикальных мастэктомий, впервые описанные и выполненные TothB.A. и LappertP. в 1991 году [50]. Описанная техника позволяла сохранить необходимый для последующей реконструкции большой процент естественного кожного покрова. В свою очередь в 1997 году CarlsonG.W. была предложена классификация разрезов при кожесохранных мастэктомиях [15], успешно применяемая и в настоящее время [56].

Кожесберегающая мастэктомия

Выбор типа кожесберегающей мастэктомии (КСМ) зависит от рубцов предыдущих биопсий, топографо-анатомических показателей опухоли и метода планируемой реконструкции [37]. Периареолярный разрез I типа КСМ, как правило, применяется при профилактических мастэктомиях и образованиях, верифицированных при помощи биопсии, при которой закрытие раны производится в виде «теннисной ракетки». КСМ II типа применим при сочетании поверхностно локализованной опухоли и наличии рубца рядом с ареолой. В отличие от II типа, III тип КСМ выполняется при расположении рубца отдаленно от ареолы. У пациентов с большими, птотичными молочными железами исполняется IV тип КСМ. Однако именно при этом типе мастэктомии чаще всего образуется некроз в области «Т-образного» соединения [14].

Учитывая, что одни предпочитают III тип КСМ [27], другие II тип [23], единого мнения по поводу выбора оптимального типа КСМ нет. Однако, руководствуясь принципами максимального сохранения кожного конверта, локализацией послеоперационных рубцов в эстетически благоприятных зонах и уменьшением частоты послеоперационных ишемических осложнений со стороны кожных лоскутов, выбор типа КСМ должен отталкиваться как от локализации опухоли, так и от вида планируемой реконструкции и желания пациента [49].

Выполнение кожесберегающей мастэктомии не приводит к увеличению появления местных рецидивов, что было доказано в исследовании Simmons R.M. 1999 года [44]. Однако все кожные разрезы, предложенные Carlson G. W., подразумевают сохранение как инфрамаммарной складки, так и значительной части кожного лоскута с одной стороны, но подразумевают удалению сосково-ареолярного комплекса с другой, что, в свою очередь, снижает окончательный эстетический результат.

Мастэктомии с сохранением сосково-ареолярного комплекса

Учитывая, что сосково-ареолярный комплекс является неотъемлемым эстетическим компонентом молочной железы, его сохранение при хирургическом лечении рака молочной железы является желательным. В свою очередь, сохранение терминальных отделов протоков, находящихся в соске, заведомо повышает риск местного рецидива. В 2003 году Gerber совместно с соавторами впервые описал сохранение сосково-ареолярного комплекса при раке молочной железы [24]. По данным исследования SimmonsR.M., частота вовлечения сосково-ареолярного комплекса в опухолевый процесс составила 10,6%, однако при размерах опухоли T1, расположенной на периферии, показатель снижался до 6,7% [43]. В свою очередь, по данным исследования C. Laronga, вовлечение сосково-ареолярного комплекса в опухолевый процесс произошло всего в 5,6% [32], а CenseH.A. установил, что при размерах опухоли до 2 см, находящейся на расстоянии 2,5 см и больше от сосково-ареолярного комплекса, отмечается самый низкий риск его поражения [16]. Тем не менее, одним из самых распространенных и удобных методов определения поражения сосково-ареолярного комплекса в случае одномоментной реконструкции молочной железы является интраоперационное взятие ретроареолярного материала со срочным гистологическим исследованием [36]. Что касается частоты местных рецидивов после САК-сберегающих мастэктомий, то подавляющее большинство исследований, проведенных в течение последнего десятилетия, указывают, что вовлечение САК составляет от 5,9% [53] и 10,6% [43] до 23% [52] и 24,6% [41].

Таким образом, определяющими вероятность вовлечения САК являются топографо-анатомические показатели опухоли, а так же нодальный статус [32, 16]. Следовательно, учитывая вышеизложенное, возможно не только достичь максимально адекватного эстетического результата, но и снизить потенциальную вероятность местных рецидивов при выполнении мастэктомии с сохранением сосково-ареолярного комплекса (САК-сберегающие мастэктомии). Таким образом, MunhozA.M. [7] предложил свою классификацию разрезов при САК-сберегающих мастэктомиях.

Радиальный разрез является одним из наиболее часто исполняемых разрезов при САК-сберегающих мастэктомиях и составляет почти 46% всех выполненных разрезов [22]. Согласно Stolier и соавторам, этот разрез позволяет получить оптимальный доступ к подмышечной области и внутренним грудным сосудам для наложения анастомозов при выполнении реконструкции с использованием свободного лоскута [48]. Chung и Sacchini также оценили различные типы разрезов при САК-сберегающих мастэктомиях, большая часть которых была комбинацией периареолярного и радиального разрезов [18]. Авторы сообщили, что периареолярный разрез с радиальным продолжением использовался в 42% случаев. Используя различные типы разрезов, Wijayanayagam и соавторы заметили, что радиальный разрез обеспечивает оптимальный доступ и имеет наилучший прогноз относительно жизнеспособности сосково-ареолярного комплекса [55]. Несмотря на преимущества, ряд авторов являются противниками такого типа разреза, ввиду эстетических недостатков, в частности, послеоперационного рубца, видимого в косой и боковой проекциях [42].

Периареолярные разрезы также являются одними из самых распространенных разрезов и составляют около 27% всех разрезов при выполнении САК-сберегающих мастэктомий [22]. С одной стороны, скрытие послеоперационного рубца при таком виде разрезов ведет к более удовлетворительному результату, с другой стороны, он применим только у пациенток с небольшим объемом молочной железы с соответствующим диаметром сосково-ареолярного комплекса. В свою очередь, частым грозным осложнением САК-сберегающей мастэктомии с использованием периареолярного доступа является некроз сосково-ареолярного комплекса. Так, RegoloL. при исследовании 32 САК-сберегающих мастэктомий с периареолярным доступом наблюдал ишемические осложнения со стороны сосково-ареолярного комплекса 60% случаев [39].

Субмаммарный разрез является третьим по частоте исполняемости и составляет почти 20% всех разрезов, выполняемых при САК-сберегающих мастэктомиях [22]. Согласно Blechman K.M, преимущество разреза связано с одной стороны со скрытием послеоперационного рубца и отдаленностью от сосково-ареолярного комплекса с другой, что значительно снижает риск нарушения его кровоснабжения [11]. В свою очередь, Stolier A.J. отметил проблематичность доступа к сосудам при субмаммарном разрезе, а также неадекватность диссекции в области сосково-ареолярного комплекса и верхних квадрантов [48]. Таким образом, технические трудности в визуализации субареолярной области, возможность неадекватной диссекции в области верхних квадрантов отталкивают некоторых авторов от субмаммарного разреза при выборе типа САК-сберегащей мастэктомии [48, 17, 19, 35].

Преимущества разреза по типу масторедукции, связанные с адекватным хирургическим доступом у пациенток с молочными железами больших объемов, имеющих умеренный/выраженный птоз, и резекцией кожного конверта, тем самым позволяющим уменьшить мертвое пространство между кожей и имплантом, делают его операцией выбора в 4-35% САК-сберегающих мастэктомий [22, 35]. Более того, данный разрез был описан для планирования кожесберегающей мастэктомии и является IV типом по классификации CarlsonG.W. [15]. Однако, несмотря на свои преимущества, как ранее описывалось, техника имеет недостатки, включающие ишемизацию кожных лоскутов в области субмаммарной складки и Т-образного сочленения [35, 41, 26]. Производя диссекцию ткани молочной железы, в большинстве случаев происходит истончение кожных лоскутов, что, в свою очередь, приводит к ишемическим осложнениям [50].

Таким образом, результат САК-сберегающих мастэктомий не всегда является предсказуемым, что связано с проблемами послеоперационных осложнения, таких как проблемы заживления раны или ишемический некроз [35, 39].

Исследования некоторых авторов говорят о том, что наличие ряда сопутствующих заболеваний также может повышать риск развития тех или иных осложнений [15, 28, 35, 20, 47]. Так, к примеру, Munhoz в своем исследовании показал значительно более высокий уровень осложнений у пациенток, имеющих избыточный вес или ожирение [35].

Таким образом, САК-сберегающие мастэктомии становятся операцией выбора для пациенток, страдающих раком молочной железы, особенно молодого возраста. Такой подход позволяет добиваться эстетических приемлемых результатов в рамках онкологической настороженности.

Элементы проведенного хирургического лечения

Актуальной является и проблема «видимости» элементов проведенной операции, т.к. видимые послеоперационные рубцы при кожесберегающих или САК-сберегающих мастэктомиях, разница в текстуре кожи при симптоме «заплатки», получаемая при выполнении реконструкции лоскутной техникой, или восстановленный сосково-ареолярный комплекс, приводят к меньшей степени удовлетворенности [54], посттравматическому стрессу и стигматизации женщин [9, 10, 25].

Профилактикой образования гипертрофических или келоидных рубцов, с одной стороны, является планирование разрезов с учетом архитектоники коллагеновых волокон кожи [21], с другой стороны проведение разрезов, параллельных как относительно лангеровских линий [31], так и относительно динамических линий Kraissl [30]. Следующим фактором, влияющим непосредственно на «видимость» рубцов, является их локализация: в периареолярной зоне, в области инфрамаммарной складки, в аксилярной области. Также допустима граница нижних квадрантов молочной железы, которая является относительно «невидимой» зоной при вертикальном положении пациента [33]. Также фактором, влияющим на видимость рубцов, является их длина. Производимые разрезы должны обеспечивать оптимальный доступ как к опухоли, так и к регионарным лимфатическим узлам, при этом имея минимальную протяженность [21].

Учитывая все вышеизложенное, выбор метода и типа разреза при выполнении кожесберегающей или САК-сберегающей мастэктомии в зависимости от топографо-анатомических показателей опухоли, показателей самой молочной железы, эстетически благоприятных зон, непосредственного желания самой пациентки, а так же сопутствующих заболеваний в значительной степени может повлиять на окончательный эстетический результат при выполнении одномоментной реконструкции молочной железы.

Заключение

Таким образом, с одной стороны, сохранение кожного конверта и инфрамаммарной складки при кожесохранных мастэктомиях, сосково-ареолярного комплекса при САК-сберегающих мастэктомиях, позволяют выполнить реконструкцию молочной железы на качественно новом техническом уровне. Однако, с другой стороны, отсутствие объективных данных о частоте вовлечения кожного лоскута в злокачественный процесс в проекции опухоли в зависимости от характеристик первичной опухоли и ее расстояния от кожи в свете растущих потребностей и пожеланий пациентов касательно эстетических результатов реконструкции заставляют проводить дальнейшие исследования в пользу новых методов мастэктомии и переноса послеоперационных рубцов в эстетически приемлемые зоны

Литература

1.Блохин С.Н., Портной С.М., Лактионов К.П. Первичная реконструкция молочной железы при раке / С.Н. Блохин, С.М. Портной, К.П. Лактионов // Материалы 7-го Российского онкологического конгресса. — 2003. — С. 94-96.

2.Исмагилов А.Х. Роль реконструктивно-пластических операций в хирургическом лечении больных раком молочной железы / А.Х. Исмагилов, Р.Ш. Хасанов, А.М. Гимранов и др. // Материалы IX Международного конгресса. — Казань, 2009. — С. 86-87.

3.Казанцев В.В. Оптимизация подходов к диагностике и лечению заболеваний молочной железы / В.В. Казанцев; под ред. И.И. Калашникова. — М., 2004.

4.Злокачественные новообразования в России в 2013 году (заболеваемость и смертность) / Под ред. А.Д. Каприна, В.В. Старинского, Г.В. Петровой. — М.: МНИОИ им. П.А. Герцена — филиал ФГБУ «ФМИЦ им. П.А. Герцена» Минздрава России, 2015.

5.Семиглазов В.Ф. Лечение рака молочной железы / В.Ф. Семиглазов. — СПб, 1993. — 39 с.

6.AertsL.Sexualfunctioninginwomenafter mastectomy versus breast conserving therapy for early-stage breast cancer: a prospective controlled study / L. Aerts, M.R. Christiaens, P. Enzlin, P. Neven, F. Amant // Breast. — 2014. — Oct. — 23 (5). — С. 629-36.

7.Alexandre Mendonça Munhoz Immediate nipple-areola-sparing mastectomy reconstruction / Munhoz Alexandre Mendonça, Montag Eduardo, Filassi José Roberto, Gemperli Rolf // World J. Clin. Oncol. — 2014. — August 10. — Т. 5 (3). — С. 478-94.

8.American Cancer Society. Cancer Facts & Figures. — Atlanta, 2014.

9.Atiyeh B.S. Improving scar quality: aprospective clinical study / B.S. Atiyeh, J. Ioannovich, C.A. Al-Amm et al. // Aesthetic Plast. Surg. — 2002. — 6. — Т. 26. — С. 470-476.

10.Bayat A. Skin scarring / A. Bayat, D.A. McGrouther, M.W. Ferguson // BMJ. — 2003. — 7380. — Т. 326. — С. 88-92.

11.Blechman K.M. The lateral inframammary fold incision for nipple-sparing mastectomy: outcomes from over 50 immediate implant-based breast reconstructions / K.M. Blechman, N.S. Karp, C. Levovitz et al. // Breast J. — 2013. — 19. — С. 31-40.

12.Blondeel P.N. Shaping the breast inaesthetic and reconstructive breast surgery: an easy three-step principle / P.N. Blondeel, J. Hijjawi, H. Depypere et al. — 2009. — 2. — Т. 123. — С. 455-462.

13.Botswick J.III/ Botswick J.III, Paletta Ch., Hartrampf C.R. // Ann Surg. — 1986. — May. — Vol. 203, № 5. — С. 481-489.

14.Carlson G.W. Technical Advances in Skin SparingMastectomy // International Journal of Surgical Oncology. — [б.м.]: Hindawi Publishing Corporation, 2011. — Т. 1. — С. 1-7.

15.Carlson G.W. Skin - sparing mastectomy. Oncologic and reconstructive considerations / G.W. Carlson, J. Bostwick 3rd, T.M. Styblo et al. // Ann. Surg. — 1997. — Т. 225. — С. 570-575.

16.Cense H.A. Nipple-sparing mastectomy in breast cancer: a viable option? / H.A. Cense, E.J. Rutgers, M. Lopes Cardozo, J.J. Van Lanschot // Eur. J. Surg. Oncol. — 2001. — Sep. — 27 (6). — С. 521-6.

17.Chen C.M. Nipple-sparing mastectomy and immediate tissue expander/implant breast reconstruction / C.M. Chen, J.J. Disa, V. Sacchini et al. // Plast. Reconstr. Surg. — 2009. — 124. — С. 1772-1780.

18.Chung A.P. Nipple-sparing mastectomy: where are we now? / A.P. Chung, V. Sacchini // Surg. Oncol. — 2008. — 17. — С. 261-266.

19.Colwell A.S. An inferolateral approach to nipple-sparing mastectomy: optimizing mastectomy and reconstruction / A.S. Colwell, M. Gadd, B.L. Smith, W.G. Austen // Ann. Plast. Surg. — 2010. — 65. — С. 140-143.

20.Davies K. Factors affecting post-operative complications following skin sparing mastectomy with immediate breast reconstruction / K. Davies, L. Allan, P. Roblin, D. Ross, J. Farhadi // Breast. — 2011. — 20. — С. 21-25.

21.Dixon J.M. Breast Surgery. — Philadelphia: Elsevier, 2009. — IV . — 312 p.

22.Endara M. Breast reconstruction following nipple-sparing mastectomy: a systematic review of the literature with pooled analysis / M. Endara, D. Chen, K. Verma et al. // Plast. Reconstr. Surg. — 2013. — 132. — С. 1043-1054.

23.Farahat A.M. Skin sparing mastectomy: Technique and suggested methods of reconstruction / A.M. Farahat, T. Hashim, H.O. Soliman et al. // Journal of the Egyptian National Cancer Institute . — 2014. — Т. 26. — С. 153-159.

24.Gerber B. Skin-sparing mastectomy with conservation of the nipple-areola complex and autologous reconstruction is an oncologically safe procedure / B. Gerber, A. Krause, T. Reimer et al. // Ann. Surg. — 2003. — С. 120-7.

25.Godwin Y. A comparison of the patient and surgeon opinion on the long-term aesthetic outcome of reduction mammaplasty / Y. Godwin // British Journal of Plastic Surgery. — 1998. — Т. 51. — С. 444-449.

26.Hammond D.C. Use of a skin-sparing reduction pattern to create a combination skin-muscle flap pocket in immediate breast reconstruction / D.C. Hammond, P.A. Capraro, E.B. Ozolins, J.F. Arnold // Plast. Reconstr. Surg. — 2002. — 110. — С. 206-211.

27.Kinoshita S. Clinical comparison of four types of skin incisions for skin-sparing mastectomy and immediate breast reconstruction / S. Kinoshita, S. Kyoda, A. Hirano et al. // Surg Today. — 2014. — Т. 44. — С. 1470-1475.

28.Komorowski A.L. Necrotic complications after nipple- and areola-sparing mastectomy / A.L. Komorowski, V. Zanini, L. Regolo et al. // World J. Surg. — 2006. — 30. — С. 1410-1413.

29.Krag D.N. Surgical resection and radiolocalization of the sentinel lymph node in breast cancer using a gamma probe / D.N. Krag, D.L. Weaver, J.C. Alex, J.T. Fairbank // Surgical Oncology. — 1993. — Dec. — Vol. 2, Issue 6. — P. 335–340.

30.Kraissl C.J. The selection of appropriate lines for elective surgical incisions / C.J. Kraissl // Plast. Reconstr. Surg. — 1951. — Т. 8. — С. 1-28.

31.Langer K. Zur anatomie and physiologie der Haut. Huber die Spaltbarkiet Der Cutis / K. Langer // S-b-Akad Wiss Wein. — 1861. — Т. 44. — С. 19-46.

32.Laronga C. The incidence of occult nipple-areola complex involvement in breast cancer patients receiving a skin-sparing mastectomy / C. Laronga, B. Kemp, D. Johnston, G.L. Robb, S.E. Singletary // Ann. Surg. Oncol. — 1999. —Sep. — 6(6). — С. 609-13.

33.Lowery J.C. Evaluations of aesthetic results in breastreconstruction: an analysis of reliability / J.C. Lowery, E.G. Wilkins, W.M. Kuzon, J.A. Davis // Ann. Plast. Surg. — 1996. — 6 . —Т. 36. — С. 601-606.

34.Malvezzi M. European cancer mortality predictions for the year 2015: does lung cancer have the highest death ratein EU women? / M. Malvezzi, P. Bertuccio, T. Rosso et al. // Annals of Oncology. — 2015. — С. 779–786.

35.Munhoz A.M. Clinical outcomes following nipple-areola-sparing mastectomy with immediate implant-based breast reconstruction: a 12-year experience with an analysis of patient and breast-related factors for complications / A.M. Munhoz, C.M. Aldrighi, E. Montag et al. // Breast. Cancer. Res. Treat. — 2013. — 140. — C. 545-555.

36.Paepke S.1. Subcutaneous mastectomy with conservation of the nipple-areola skin: broadening the indications / S.1. Paepke, R. Schmid, S. Fleckner et al. // Ann. Surg. — 2009. — Aug. — 250 (2). — С. 288-92.

37.Piper M. Total skin-sparingmastectomy: a systematic review of oncologic outcomesand postoperative complications / M. Piper, A.W. Peled, R.D. Foster et al. // Ann. Plast. Surg. — 2013. — Т. 11.

38.Rebecca L. Siegel Cancer Statistics, 2015 / Rebecca L. Siegel, Kimberly D. Miller, Ahmedin Jemal // CA Cancer J. Clin. — 2015. — Т. Vol. 65, № 1. — С. 5-29.

39.Regolo L. Nipple sparing mastectomy: an innovative skin incision for an alternative approach / L. Regolo, B. Ballardini, E. Gallarotti et al. // Breast. — 2008. — 17. — С. 8-11.

40.Rezai M. Principles and standards in oncoplastic breast conserving surgery — the Dusseldorf experience / M. Rezai, M. Darsow, S. Kramer et al. — 2009. — С. 25-34.

41.Rusby J.E. Development and validation of a model predictive of occult nipple involvement in women undergoing mastectomy / J.E. Rusby, E.F. Brachtel, M. Othus et al. // Br. J. Surg. — 2008. — Т. 95. — C. 1356-1361.

42.Sahin I. Onestaged silicone implant breast reconstruction following bilateral nipple-sparing prophylactic mastectomy in patients at high-risk for breast cancer / I. Sahin, S. Isik, D. Alhan et al. // Aesthetic Plast Surg. — 2013. — 37. — C. 303-311.

43.Simmons R.M. Analysis of nipple/areolar involvement with mastectomy: can the areola be preserved? / R.M. Simmons, M. Brennan, P. Christos et al. // Ann. Surg. Oncol. — 2002. — Mar. — 9 (2). — С. 165-8.

44.Simmons R.M. Local and distant recurrence rates in skin-sparing mastectomies compared with non-skin-sparing mastectomies / R.M. Simmons, S.K. Fish, L. Gayle et al. // Ann. Surg. Oncol. — 1999. — Oct-Nov; 6 (7). — С. 676-81.

45.Snyderman R.K. Reconstruction of the female breast following radical mastectomy / R.K. Snyderman, R.H. Guthrie // Plast. Reconstr. Surgery. — 1971. — Т. 47. — С. 565.

46.Spear S.L. Complications and secondary corrections after breast reduction and mastopexy / S.L. Spear, K. Evans // Surgery of the Breast. — 2006. — Т. 2. — С. 1220-1234.

47.Spear S.L. Nipple-sparing mastectomy / S.L. Spear, C.M. Hannan, S.C. Willey, C. Cocilovo // Plast. Reconstr. Surg. — 2009. — 123. — С. 1665-1673.

48.Stolier A.J. Technical considerations in nipple-sparing mastectomy: 82 consecutive cases without necrosis / A.J. Stolier, S.K. Sullivan, F.J. Dellacroce // Ann Surg Oncol. — 2008. — 15. — С. 1341-1347.

49.Tokin С. Oncologic Safety of Skin-Sparing and Nipple-SparingMastectomy: A Discussion and Review of the Literature / С. Tokin, A. Weiss, J. Wang-Rodriguez // International Journal of Surgical Oncology. — 2012. — Т. 12. — С. 1-8.

50.Toth B.A., Lappert P. Modified skin incisions for mastectomy: the need for plastic surgical input in preoperative planning / B.A. Toth, P. Lappert // Plastic and Reconstructive Surgery. — 1991. — 6 : Т. 87. — С. 1048-1053.

51.Urban C. Oncoplasty as the Standard of Care in Breast Cancer Surgery / C. Urban, K.F. Anselmi, F. Kuroda, J.C. Schwartz // European oncology&haematology. — 2014 . — 1 : Т. 10. — С. 43-47.

52.Vlajcic Z. Nipple-areola complex preservation: predictive factors of neoplastic nipple-areolacomplex invasion / Z. Vlajcic, R. Zic, S. Stanec et al. // Ann. Plast. Surg. — 2005. — Т. 55. — С. 240-244.

53.Voltura A.M. Nipple sparing mastectomy critical assessment of 51 procedures and implicationsfor selection criteria / A.M. Voltura, T.N. Tsangaris, G.D. Rosson // Ann. Surg. Oncol. — 2008. — Т. 15. — С. 3396-3401.

54.Wang F. Total skin-sparing mastectomy and immediate breast reconstruction: an evolution of technique and assessment of outcomes / F. Wang, A.W. Peled, E. Garwood // Ann. Surg. Oncol. — 2014. — 10: Т. 21. — С. 3223-3230.

55.Wijayanayagam A., Kumar A.S., Foster R.D., Esserman L.J. Optimizing the total skin-sparing mastectomy // Arch. Surg. — 2008. — 143. — С. 38-45.

56.Zucca-Matthes G. The evolution of mastectomies in the oncoplastic breast surgery era / G. Zucca-Matthes, A. Manconi, R.A. Costa Viera et al. // Gland Surgery. — 2013. — Т. 2. — С. 102-106.

57.Zurrida S. The Changing Face of astectomy (from Mutilation to Aid to Breast Reconstruction) / S. Zurrida, F. Bassi, P. Arnone // International Journal of Surgical Oncology. — 2011. — Т. 2011. — С. 1-7.



Наши партнеры



Copyright © 2015 | Все права защищены
WELCOME | ПОДДЕРЖКА