Онкология АНГИОГРАФИЧЕСКАЯ СЕМИОТИКА ОПУХОЛЕЙ ГОЛОВНОГО МОЗГА И ЕГО ОБОЛОЧЕК
rus
ПОВОЛЖСКИЙ ОНКОЛОГИЧЕСКИЙ ВЕСТНИК

Научно-практический журнал для практикующих врачей и научных работников

Поиск

АНГИОГРАФИЧЕСКАЯ СЕМИОТИКА ОПУХОЛЕЙ ГОЛОВНОГО МОЗГА И ЕГО ОБОЛОЧЕК

Камалов И.И.
УДК 616.133.33-02: 616.831-006-073.755.4

Казанский государственный медицинский университет

 

Резюме. Лучевая семиотика опухолей головного мозга и его оболочек представлена на основе данных рентгенографии и инвазивной рентгеноконтрастной ангиографии сосудов головного мозга 48 больным (32 мужчинам, 16 женщинам) в возрасте от 20 до 50 лет. Наиболее часто опухоли головного мозга наблюдались в возрасте 30-40 лет (67%). Из общего количества выявленных опухолей головного мозга 64% составили арахноидэндотелиомы (менингиомы) и 36% внутримозговые (И.И. Камалов, 1993). Наиболее частой локализацией менингиом являлась заднелобная, теменная и парасагиттальные области. Внутримозговые опухоли чаще наблюдались в лобной, теменно-затылочной и височной долях. Больным по показаниям проводилась церебральная ангиография (ЦАГ) с использованием техники катетеризации по Сельдингеру. Подробно была проведена ангиографическая семиотика головного мозга и его оболочек, дифференциальная диагностика их. Таким образом, церебральная ангиография является точным, информативным и в ряде случаев незаменимым диагностическим методом.

Ключевые слова: .ангиография, семиотика, опухоли головного мозга.

 

 

Лучевая семиотика опухолей головного мозга и его оболочек представлена на основе данных рентгенографии и инвазивной рентгеноконтрастной ангиографии сосудов головного мозга 48 больным (32 мужчинам, 16 женщинам) в возрасте от 20 до 50 лет. Наиболее часто опухоли головного мозга наблюдались в возрасте 30-40 лет (67%). Из общего количества выявленных опухолей головного мозга 64% составили арахноидэндотелиомы (менингиомы) и 36% внутримозговые (Камалов И.И., 1993). Наиболее частой локализацией менингиом являлись заднелобная, теменная и парасагиттальные области. Внутримозговые опухоли чаще наблюдались в лобной, теменно-затылочной и височной долях.

Больным по показаниям проводилась церебральная ангиография (ЦАГ) с использованием техники катетеризации по Сельдингеру. В 100% случаев местом доступа являлась правая или левая общая бедренная артерии. Для удобства манипуляции диагностическим катетером и с целью уменьшения вероятности появления гематомы в артерию устанавливали интродьюсер. Кончик диагностического катетера устанавливали в проксимальный сегмент интересующей артерии, под режимом флюороскопии вводили пробную дозу (3-5 мл) рентгенокон-трастного вещества (РКВ).

Статистически доказано, что у 21% больных без первичных реакций на антиген высока вероятность возникновения тяжелых анафилактических реакций. По данным Katayama H., тяжелые анафилактические реакции при введении РКВ наблюдались в 0,04-0,22%, особенно риск осложнений, связанных с введением РКВ, повышался при применении ионных РКВ. От 20 до 40% пациентов имели высокий риск развития малых анафилактических реакций, связанных с введением РКВ. Снижение реакций организма на введение РКВ, по данным Ansell G., Cohan RH (1980), зависело от своевременной медикаментозной подготовки и использования низкомолекулярных неионных РКВ.

Предпочтение при выборе рентгеноконтрастных веществ отдавалось неионным РКВ - ультрависту-300 или омнипаку-300, так как они низкоосмолярны (616 и 690 мОсм/кг Н2О соответственно), обладают высокой гидрофильностью (-2,42 и -2,51 Ig KH), достаточно низкими параметрами вязкости (4,5 и 5,7 мПа/с) и обладают очень низкой токсичностью, хорошей переносимостью, отсутствием реакции на атеросклеротически измененный эндотелий, даже при многократном введении.

Самой частой локализацией опухолей являлась лобная доля головного мозга, где различались опухоли, расположенные на конвекситальной поверхности головного мозга, а также парасагиттальные, полярные, базальные.

Конвекситальные опухоли лобной доли располагались близко к коре головного мозга. В артериальную фазу ЦАГ определялся лобный тип дислокации передней мозговой артерии (ПМА), фронтополярная артерия смещалась в меньшей степени и её дистальные сегменты возвращались к срединной линии. На рентгенограммах конвекситальные опухоли лобной доли смещали вниз верхнюю границу Сильвиева треугольника в его передних двух третях.

На ЦАГ при опухолях полюса лобной доли фронто-полярная ветвь смещалась в такой же степени выраженности, что и ПМА, а в 5 (10,4%) случаях превышал её. Сегмент А3 ПМА был оттеснен кзади и уплощен с увеличением его вертикального размера. Терминально-венозный угол оставался интактным.

Базальные опухоли лобной доли в преобладающем большинстве являлись внемозговыми; внутримозго-вые встречались крайне редко. Рентгенологически они определялись в проекции большой ольфакторной ямки, бугорка турецкого седла, малых крыльев основной кости. Так как базальные опухоли лобной доли почти никогда не имели собственной сосудистой сети сосудов, на ЦАГ основным показателем базальных опухолей являлось состояние проксимального сегмента ПМА (А1), который или оставался интактным, или резко изменялся (прогибался вниз при внутримозговых или дугообразно приподнимался вверх при внемозговых опухолях). Внемозговые опухоли приподнимали проксимальный сегмент А1 ПМА с двух сторон. В этих случаях приходилось проводить дифференциальную диагностику с атеросклеротическим поражением ПМА, при котором сегмент А1 тоже может быть дугообразно приподнят и клинически проявляется теми же симптомами, что и базальная опухоль лобной доли. При атеросклерозе определяется асимметричное, одностороннее приподнимание проксимального сегмента ПМА в средней сагиттальной плоскости с неизменённым диаметром сосуда, в отличие от базальных опухолей лобной доли, когда имело место двустороннее приподнимание сегмента А1. При опухолях проксимальный сегмент ПМА приподнимался, просвет его суживался, диаметр сосуда уменьшался. Кроме того, базальные опухоли лобной доли изменяли сифон внутренней сонной артерии за счет давления на него сверху вниз, в результате чего сифон деформировался (закрытый сифон). Сегмент А2 ПМА оттеснялся кзади и вверх, в результате чего переход сегмента А2 в А3 становился резким, вертикальный размер А3 уменьшался, а А2 увеличивался. Терминально-венозный угол при этом смещался в некоторых случаях кверху и кзади.

Опухоли мозолистого тела клинически протекали по типу опухолей лобной доли. На ЦАГ определялась собственная сосудистая сеть опухоли. Дистальный сегмент ПМА (А4), как и его каллезно-маргинальная ветвь, был резко приподнят кверху.

Опухоли теменной локализации очень рано определяли очаговую симптоматику и прекрасно диагностировались неврологически. Различали парасагиттальную и конвекситальную локализацию опухоли. На ЦАГ определялся теменной тип дислокации ПМА. Ангиографическая Сильвиева точка всегда была опущена, верхняя граница Сильвиева треугольника дугообразно прогибалась вниз. Внутренняя вена мозга была смещена в большей степени, чем ПМА.

Опухолью височной доли поражались полярные ме-диобазальные и задние отделы височной доли. Самыми трудными для диагностики являлись медиобазальные опухоли. Они вызывали дислокацию ПМА по проксимальному типу или вообще не вызывали никакой дислокации. Чрезвычайно характерным признаком этих опухолей являлся парадоксальный симптом, заключающийся в том, что задняя граница Сильвиева треугольника была приподнята вверх и вперед с деформацией проксимального сегмента средней мозговой артерии (СМА) М1.

Задневисочные опухоли на каротидной ангиограмме вызывали височный тип дислокации, приподнимание заднего края Сильвиева треугольника. Ангиографиче-ская Сильвиева точка и сегмент М3 СМА приподнимался. Внутренняя вена мозга не изменялась.

При опухолях полюса височной доли либо вообще не отмечались дислокации ПМА, либо дислокация была по проксимальному типу, медиальное смещение островка, смещение вверх сегмента А1 ПМА.

Оболочечные опухоли полушарий головного мозга арахноидэндотелиомы - довольно часто встречающиеся доброкачественные опухоли. Типичной локализацией их являлись супратенториальные (свод и основание) и субтенториальные области полушарий головного мозга. На своде они располагались конвекситально, пара-сагиттально и в некоторых случаях были связаны с серповидным отростком. Они были трудно различимы с парасагиттальными внутримозговыми опухолями. На основании полушарий головного мозга они располагались в пределах ольфакторной ямки, бугорка турецкого седла, малого и большого крыльев основной кости. В проекции задней черепной ямки встречались арахноидэндотелиомы намёта, мостомозжечкового угла, ската, краев большого затылочного отверстия. Арахноидэндотелиомы наблюдались также в области пахионовых грануляций, около естественных отверстий черепа, где оболочка сращена с костью или на месте дубликатуры твердой мозговой оболочки. Оболочечная опухоль чаще росла одним узлом, имеющим шаровидную форму и бугристую поверхность. Арахноидэндо-телиомы характеризовались костными изменениями, воздействием на вещество головного мозга и его желудочковую систему, на поверхностные и глубокие сосуды головного мозга.

Таким образом, церебральная ангиография является точным информативным и в ряде случаев незаменимым диагностическим методом. При тщательной дифференцированной подготовке больных можно избежать серьезных осложнений, вызванных введением рентгеноконтрастных препаратов. ЦАГ позволяет уточнить локализацию, характер кровоснабжения, что имеет важное значение для дифференциальной диагностики и построения тактики лечения больных.

 

 

Литература к статье

 

1. Камалов И.И., Клюшкин И.В. Современная лучевая диагностика заболеваний черепа и головного мозга. - Казань, 1993. - 100 с.

2. Камалов И.И. Краниографические изменения при опухолях головного мозга. // Журнал невропатологии и психиатрии. - 1985. - Т. 135. - № 5. - С. 696-699.

3. Китаев В.М., Китаев С.В. Рентгеноконтрастные препараты: диагностическая эффективность и безопасность. // Журнал «Медицинская визуализация». - 2001. - № 2.

4. Ansell G., Tweedie MCK, West CR et al. The current status of reaction to intravenous contrast media. Invest Radio 1980; 15:532-539.

5. Cohan R.H., Dunnick N.R., Bashore T.M. Treatment of reactionsto radiographic contrast media. AJR 1988; 151:263-270.

6. Katayama H., Yamaguchi K., Kozuka T., Takashima T., Seer P., Matsuura K. Adverse reactions to ionic and nonionic contrast media. // Radiology 1990; 175: 621-628.

7. Laroche D., Aimone-Gastin I., Dubois F., Huet H. e.c.t.// Radiology 1998; 209:183-190. 01.12.2010 г.



Наши партнеры



Copyright © 2015 | Все права защищены
WELCOME | ПОДДЕРЖКА